Суд над тремя подозреваемыми, обвиненными в убийстве Павла Шеремета в 2016 году, должен начаться ближе к концу года, но друзья и коллеги журналиста задаются вопросом, настоящие ли убийцы предстанут перед правосудием.
Кристофер Миллер
Прошло более четырех лет с тех пор, как мощным взрывом автомобиля убило журналиста Павла Шеремета в Киеве (Украина) 20 июля 2016 года, что, по мнению его семьи, друзей и коллег, было преднамеренным убийством-предупреждением.
Но два самых главных вопроса – кто заказал убийство журналиста и что хотел этим донести – до сих пор остаются без ответа, несмотря на то, что трое подозреваемых в совершении преступления должны предстать перед судом до конца года.
Шеремет, 44-летний белорус по происхождению, жил и работал у себя на родине, а затем в России, где получил гражданство до того, как поселился в Украине. В Киеве он писал для независимого информационного агентства «Українська правда» и вел передачу на независимой радиостанции «Вести». Лауреат Международной премии КЗЖ 1998 года за свободу прессы, он имел большой круг друзей, которые восхищались его остроумием и обаянием и уважали его работу в качестве репортера-расследователя, телеведущего, политического комментатора, автора и наставника.
Ни одна тема не оставалась без его внимания: Шеремет критиковал власти в каждой из бывших советских республик, где в свое время жил и общался с влиятельными, а иногда и противоречивыми политическими деятелями. Из-за своих репортажей и комментариев он долгое время подвергался преследованиям и угрозам, как сообщили КЗЖ члены его семьи, друзья и коллеги в ходе расследования 2017 года.
Помимо вопросов о том, кто заказал убийство Шеремета и какими были мотивы преступления, по мере приближения даты суда возникает много других серьезных вопросов, например: те ли люди предстанут перед судом?
В число подозреваемых входят Андрей Антоненко, ветеран войны и музыкант, известный под сценическим псевдонимом Riffmaster, а также Юлия Кузьменко, врач и военный медик-волонтер, которых обвиняют в установке бомбы и подрыве автомобиля. Яна Дугарь, военный медик-волонтер, обвиняется в том, что помогала им спланировать убийство.
28 сентября 2020 года на состоявшемся в Киеве судебном заседании трое подозреваемых отвергли зачитанные судьей обвинения. До этого все трое также отрицали обвинения и заявляли, что, объявив их имена во время громкого мероприятия, транслируемого по национальному телевидению в прошлом году, власти объявили их виновными до того, как им было предоставлено справедливое судебное разбирательство.
Все трое как один заявили, что в момент смерти Шеремета их не было в Киеве, но их алиби неубедительны. Впрочем, как и улики против них.
Антоненко, Кузьменко и Дугарь – члены уважаемого сообщества волонтеров, которые участвуют в разном качестве в борьбе против России и ее сепаратистски настроенных последователей на истерзанном войной востоке Украины. Их арест вызвал гнев некоторых слоев украинской общественности, в том числе групп ветеранов и националистических организаций, которые несколько раз устраивали акции протеста в Киеве в поддержку подозреваемых с момента их ареста в декабре.
Некоторые из друзей и коллег Шеремета также сомневаются в причастности официальных подозреваемых и доказательствах, на которых власти построили свою версию.
«Лично я не уверена, что у них [нужные люди], – заявила КЗЖ Севгиль Мусаева, главный редактор газеты «Українська правда» и одна из ближайших друзей Шеремета. Как и многим, ей трудно поверить в то, сказала Мусаева, что в этом деле могут быть замешаны три человека, защищавшие Украину от российской агрессии.
Сообщество украинских ветеранов и волонтеров пользуется большим уважением в обществе, и они, как правило, расцениваются как герои и не подпадают под пристальное внимание властей.
В этой натянутой обстановке, при стольких сомнениях, ожидается, что судебный процесс будет долгим и напряженным.
Назначенный на этот месяц судебный процесс был перенесен, и его начало теперь зависит от того, как скоро суд сможет назначить замену двум присяжным, которых отстранили от дела 4 сентября из-за конфликта интересов, сообщает агентство «Інтерфакс-Україна».
Когда это наконец произойдет, все внимание будет обращено на улики, собранные следователями и представленные обвинением. В частности, многие наблюдатели будут интересоваться, смогли ли власти укрепить свою позицию после декабрьской «прорывной» пресс-конференции, на которой присутствовал президент Владимир Зеленский, а также тогдашний генеральный прокурор и другие высокопоставленные должностные лица правоохранительных органов.
![](https://cpj.org/wp-content/uploads/2020/09/RT_sheremet-pic2.jpg?w=652)
Руководил пресс-конференцией Арсен Аваков, влиятельный и противоречивый министр внутренних дел Украины, который с самого начала курировал дело Шеремета. Аваков представил серию слайдов с линиями, связывающими подозреваемых, и тщательно отобранные фрагменты телефонных записей, которые, как утверждается, показывают, что они планировали взрыв.
Власти также представили анализ лица и походки, основанный на кадрах с камеры видеонаблюдения, сделанных экспертами Киевского научно-исследовательского института судебной экспертизы и британским судебно-медицинским экспертом Иваном Берчем, который, как они утверждали, служит доказательством, что убийство совершили Антоненко, Кузьменко и Дугарь.
Но критики расследования утверждают, что нет неопровержимых доказательств, которые бы окончательно связали подозреваемых с убийством Шеремета. Власти также не установили инициатора или «заказчика» убийства, как говорят следователи.
Артем Шевченко, пресс-секретарь Министерства внутренних дел Украины и Национальной полиции, выступил в защиту проведенного расследования. В заявлении, отправленном КЗЖ по электронной почте, он отметил: «Доказательства, собранные полицейскими следователями, в совокупности были достаточно убедительны, чтобы прокуратура, руководящая процессуальной стороной расследования, могла передать дело в суд».
Украинские журналисты скептически относятся к версии руководства
Анна Бабинец, главный редактор независимого украинского агентства журналистских расследований Slidstvo.info, которая следила за делом Шеремета с того момента, как узнала о его смерти, назвала пресс-конференцию хорошо подготовленным «шоу» и сказала, что улик против подозреваемых недостаточно.
«Аваков и другие сотрудники полиции сказали:«Это лишь малая часть имеющихся у нас доказательств, и [скоро] мы покажем вам еще», – сказал Бабинец КЗЖ, вспоминая пресс-конференцию. – «Прошло девять месяцев, их уже ждет суд, а нам до сих пор не показали никаких дополнительных доказательств».
«Я не могу сказать, что [подозреваемые] не те люди, но я смотрю на все доказательства и улики, предоставленные полицией, и они не кажутся такими уж убедительными», – добавила Бабинец.
Не доверяя способности властей провести надлежащее расследование с первого дня, Бабинец в июле 2016 года начала собственное параллельное расследование в сотрудничестве с журналистами из Проекта по освещению организованной преступности и коррупции (OCCRP).
Их выводы были представлены годом позже в документальном фильме «Убийство Павла», в котором были показаны ошибки, допущенные следователями, и раскрыта предполагаемая связь с украинскими спецслужбами, которая ранее не исследовалась.
Полученные данные шокировали многих и подорвали доверие общества к официальному расследованию, посеяв семена сомнений, которые сохраняются по сей день.
«Расследование таких сложных дел невозможно [проводить] без ошибок», – написал Шевченко, пресс-секретарь МВД в заявлении, отправленном по электронной почте. – «Особенно, когда расследование продолжается более [четырех] лет».
Позже полиция сообщила, что была изучена версия, обнаруженная в расследовании Бабинец и ее коллег, но дело зашло в тупик. Бабинец и другие репортеры заявили, что не верят, что эта версия была тщательно рассмотрена.
22 сентября 2020 года независимое украинское информационное агентство «Заборона» обнаружило еще одну зацепку, которую, по-видимому, проигнорировала полиция. В ходе расследования, состоящего из двух частей, издание обнаружило, что в августе 2016 года некая женщина обратилась в полицию, чтобы подать заявление о своем знакомом, Максиме Зотове, который, по ее словам, признался ей в убийстве Шеремета.
«Заборона» опубликовала протокол полиции, подлинность которого позже подтвердил Шевченко. Однако пресс-секретарь МВД сообщил, что полиция допросила мужа женщины, который сообщил, что между женщиной и Зотовым были личные разногласия, и отказалась от этой версии.
Екатерина Сергацкова, соучредитель и главный редактор “Забороны”, заявила КЗЖ, что обнаруженная ими зацепка была лишь одной из «многих упущений» официального расследования.
Еще одна причина, по которой друзья и коллеги Шеремета не могут спать по ночам, – это мотив преступления. Они до сих пор не уверены в истинных целях убийства, тем временем следователи, ссылаясь на прослушанный телефонный разговор подозреваемых, в котором Шеремет не упоминается по имени, утверждают, что это было сделано для дальнейшей дестабилизации социально-политической ситуации в Украине.
Другими словами, убийство было связано не столько с Шереметом лично, сколько с использованием его общественного статуса, чтобы разжечь страсти украинских «патриотов», которые устали от тлеющей войны в восточных регионах страны, заявили власти на декабрьской пресс-конференции.
«Была середина лета. То есть не самый активный политический сезон. Так что найти доказательства в поддержку этой теории очень сложно», – сказала Мусаева из «Українська правда». – «У нас остается много вопросов».
Тревога среди журналистов сохраняется на фоне безнаказанности за убийство
Огненный взрыв, убивший Шеремета тем июльским утром 2016 года, потряс центр Киева всего на секунду, но оставил неизгладимый след в хрупкой, охваченной войной стране. И, в частности в сердцах журналистов, которые до сих пор не могут избавиться от неприятного холодка, пробежавшего по их спинам в тот день.
«Вот уже четыре года, как многие [журналисты] не чувствуют себя в безопасности, и количество нападений на журналистов увеличилось», – сказала Сергацкова. – «Нет никаких гарантий, что нападения на журналистов будут расследоваться в надлежащем порядке».
Для многих украинских журналистов дело Шеремета напомнило им об убийстве Георгия Гонгадзе, бывшего редактора газеты «Українська правда», обезглавленное тело которого было обнаружено под Киевом 20 лет назад. Его близкие и коллеги считали, что он был убит из-за своей работы, встав на пути у власть имущих.
Несмотря на то, что люди, совершившие жуткое убийство Гонгадзе, были пойманы и осуждены за участие в преступлении, главные лица, стоящие за этим преступлением, так и не получили по заслугам.
«Мы знаем, что при такой безнаказанности, убийства журналистов могут повториться», – сказала Мусаева. – «Вот почему для Украины сейчас важно найти людей, убивших Павла, а также людей, которые заказали [его убийство]».
Президент Зеленский сделал раскрытие убийства Шеремета одним из своих главных приоритетов. Шевченко заявил КЗЖ: «На данный момент следствие уверено, что лица, обвиняемые в этом преступлении, будут привлечены к ответственности».
По словам Мусаевой, до тех пор, пока заказчики убийства Шеремета остаются на свободе, украинские журналисты будут продолжать жить и работать в страхе.
Она добавила: «Мы не можем чувствовать себя в безопасности, пока не поймем, что все люди, причастные к убийству Павла, находятся в тюрьме».