Пренебрегая свободой прессы, Казахстан подрывает позиции ОБСЕ

Правительство президента Назарбаева обещало реформы в обмен на председательство в ОБСЕ. Однако реформы так и не состоялись, и теперь, когда в Астане планируется проведение саммита, ОБСЕ рискует ущербом собственной репутации. Специальный репортаж Комитета по защите журналистов, подготовленный Ниной Огняновой

Исполнитель в традиционных казахских одеждах на недавнем совещании министров ОБСЕ (Reuters/Павел Михеев)

АЛМАТЫ, Казахстан
В ноябре 2007 года, представляя кандидатуру своей страны на председательство в Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ), Марат Тажин, в то время министр иностранных дел Казахстана, заверил, что его правительство принимает на себя обязательства по сохранению роли ОБСЕ как гаранта прав человека в Европе и Центральной Азии. Перечисляя обещанные реформы, Тажин сообщил Совету министров ОБСЕ в Мадриде, что Казахстан приведет свое законодательство о средствах массовой информации в соответствие с международными стандартами; особо подчеркивались официальные планы по
исключению клеветы из числа уголовно наказуемых деяний.

Читать дальше в этом докладе
Рекомендации
Англоязычная версия

Кандидатура Астаны была одобрена, хотя ее председательство было отложено на год, чтобы дать правительству время на выполнение своих обязательств. Министр иностранных дел Испании Мигель Моратинос, в то время действующий председатель ОБСЕ, сообщил журналистам, что участники довольны тем направлением, в котором движется Казахстан, умолчав при этом об одном моменте, который быстро стал понятен аналитикам: организация стремилась назначить председателем одно из центрально-азиатских государств, чтобы помочь преодолеть разногласия между странами-участницами, расположенными к востоку и к западу от венской штаб-квартиры ОБСЕ.

В самом Казахстане независимые журналисты и активисты гражданского общества разбились на два лагеря: на тех, кто считал, что председательство в ОБСЕ приведет к осуществлению реформ в сфере прав человека, включая свободу прессы, и на скептиков, полагавших, что председательство лишь узаконит авторитарную политику правительства. Казахстан уже девятый месяц возглавляет ОБСЕ, и сегодня действия правительства подтверждают правоту скептиков. Комитет по защите журналистов установил, что Казахстан по большей части не выполняет своих обязательств перед ОБСЕ, и это имеет крайне неприятные последствия. Пренебрегая правами человека и свободой прессы в стране, Казахстан подрывает международную репутацию ОБСЕ как защитника этих прав, дискредитирует значимость и эффективность работы организации и тем самым обесценивает права человека во всех странах — участницах ОБСЕ.

Правительство президента Назарбаева не выполнило своих обещаний в отношении свободы прессы (Reuters/Шамиль Жуматов)

Предполагалось, что за год, предшествовавший 2010-му, т.е. году председательства Казахстана, будут осуществлены обещанные изменения, направленные на укрепление свободы слова. Однако правительство не только не исполнило своих обещаний об исключении клеветы из числа уголовно наказуемых деяний, но президент Нурсултан Назарбаев подписал новый ограничительный закон, регулирующий Интернет. Закон от 2009 года приравнивает все Интернет-ресурсы, включая личные блоги, тематические чаты и сайты социальных сетей, к традиционным средствам массовой информации, распространяя на них репрессивные правила, которые уже давно применяются к традиционной прессе. В декабре 2009 года, накануне вступления Казахстана в должность председателя ОБСЕ, Назарбаев подписал закон, расширяющий права на неприкосновенность частной жизни таким образом, чтобы это было выгодно правительственным чиновникам. Сформулированные в общих выражениях законодательные нормы запрещают публикацию сведений о «частной жизни лица» и вводят наказание, включающее закрытие органов СМИ и лишение журналистов свободы на срок до пяти лет.

Комитет по защите журналистов в течение недели проводил расследование в Алматы и установил, что нападения на прессу не прекратились и в текущем году, когда Казахстан председательствует в ОБСЕ. Председательству Казахстана уже больше полугода, а казахстанские власти продолжают держать в тюрьме по меньшей мере одного журналиста и одного известного правозащитника в отместку за то, что они исполняли свои обязанности; как минимум две независимые газеты были закрыты под давлением со стороны правительства; цензура проникает в Интернет; власти не сообщали о каких-либо результатах в расследовании убийства киргизского журналиста, которое произошло в декабре 2009 года в Алматы; государство продолжает использовать бюрократические рычаги, включая политизированные аудиторские проверки, для подавления критики в новостях и информационных передачах.

Кроме того, Комитет по защите журналистов выяснил, что многие журналисты, защитники свободы прессы и прав человека разочарованы пассивной позицией ОБСЕ и международного сообщества в целом. Они неоднократно сообщали представителям комитета, что им кажется, будто от них отказались именно те организации и руководители, которые должны поддерживать их работу. По их словам, в год председательства Казахстана и в предшествовавший этому период правительство методично следовало репрессивным курсом, и международное сообщество никоим образом не препятствовало этому. «Последние 10 лет, — сказала Тамара Калеева, глава местной группы по защите свободы прессы «Адил Соз», — власти говорят нам одно и то же: «Журналисты должны быть патриотами», «Журналисты должны способствовать формированию позитивного мировоззрения», «Журналисты не должны дискредитировать страну за рубежом». Эти постулаты не меняются из года в год».

По словам Калеевой, руководители отечественных новостных СМИ знают, что обязаны придерживаться этих правил, поскольку в противном случае их ждут угрозы, запугивание, закрытие издания или тюрьма. «Например, им известно, что не может быть и речи о сколько-нибудь критическом освещении личной или общественной жизни президента и его семьи». Независимые газеты, перешедшие границы дозволенного, расплачиваются за это. Руководители еженедельника «Республика», выходящего в Алматы, знают об этом лучше всех остальных журналистов.

Газета в бегах

Стенд, демонстрирующий многочисленные выпуски Республики. (Республика)

18 мая «Республика» отметила свой 10-летний юбилей выставкой, где был представлен целый ряд выпусков, опубликованных под многочисленными названиями, которые еженедельник использовал во избежание притеснений и возможного закрытия. Десять названий за десять лет. Оксана Макушина, заместитель редактора «Республики», объясняет: «Это наша технология выживания — мы издаем основной выпуск и пару дополнительных, которые зарегистрированы под именами, сходными с основным». Когда государственное должностное лицо или проправительственное предприятие предъявляет «Республике» иск за критические репортажи (и неизбежно выигрывает процесс в политизированных казахстанских судах), руководство регистрирует новое издание под другим, хотя и сходным, названием. Руководство по-прежнему несет ответственность за причиненный денежный ущерб, однако вновь созданные версии газеты можно на какое-то время защитить от закрытия.

В течение последнего десятилетия «Республика» неотступно критиковала правительство, освещая такие чувствительные темы, как большой бизнес, экономические преступления, нарушения прав человека, деятельность президента и его семьи, а также коррупция среди высокопоставленных лиц. Почти столько же времени продолжается игра в кошки-мышки между «Республикой» и ее противниками. После первоначального периода грубого запугивания в начале 2000‑х годов, включая поджог редакции и доставку похоронного венка редактору, враги еженедельника стали использовать более изощренную тактику.

9 сентября 2009 года, всего за три месяца до перехода председательства в ОБСЕ к Казахстану, районный суд г. Алматы приказал еженедельнику, его редактору и владельцу возместить БТА Банку, частично принадлежащему государству, ущерб в размере 60 миллионов тенге (примерно 400 000 долларов США). Иск был подан в связи со статьей, опубликованной шестью месяцами ранее, в которой утверждалось, что на банк оказывают финансовое давление иностранные инвесторы, требующие возврата средств. Подав иск в августе 2009 года, руководство БТА Банка заявило, что из-за статьи в «Республике» банк потерял миллиарды тенге в результате снятия средств вкладчиками. Отстаивая свои публикации, газета подчеркивала, что финансовые проблемы банка широко освещались и другими печатными изданиями. Тем не менее газета проиграла процесс, и ее обязали возместить ущерб.

Вместо того чтобы позволить газете продолжить свою деятельность, чтобы выплатить компенсацию, 18 сентября 2009 года правоохранительные органы провели рейд в типографии «Республики», «Время-Принт», и конфисковали все экземпляры последнего выпуска газеты. После этого типография отказалась печатать еженедельник в любом из его воплощений. Другие типографии также отказались выпускать газету. «Некоторые директора открыто заявляли нам, что их предупредили: если они возьмут нашу заявку, их ждут серьезные последствия», — говорит Макушина. Когда 24 сентября 2009 года маленькая типография «Комета‑S» согласилась напечатать «Республику», судебные приставы явились в компанию, остановили печатные машины и опечатали помещение. Директору «Кометы-S» было предъявлено обвинение в уклонении от уплаты налогов. Год спустя «Комета-S» все еще была закрыта.

Руководитель Кометы-S Юлия Козлова во время закрытия ее типографии. (Республика)

«Республика» не закрылась, но сталкивается с огромными трудностями. В условиях отсутствия типографии сотрудники вынуждены печатать газету «Голос республики», последнее воплощение «Республики», на офисном оборудовании, складывая листы каждого экземпляра в нужном порядке и скрепляя их степлером, как студенческую курсовую работу. В результате тираж упал с 22 000 до 19 000 экземпляров. Ситуацию усугубляет то, что в феврале районный суд Алматы постановил: государственные распространители не могут заниматься доставкой даже этой версии газеты до тех пор, пока «Республика» не возместит БТА Банку ущерб в полном объеме. Еженедельник подал апелляционную жалобу, в которой указал, что он может возмещать ущерб, только сохраняя свою жизнеспособность в качестве коммерческого предприятия, однако это ни к чему не привело. «Очевидно, что цель банка заключается не в получении компенсации, — говорит Макушина. — Его цель — уничтожить «Республику»». Тем временем сотрудники распространяют газету своими силами.

Столкнувшись с репрессиями в отношении своей печатной версии, сотрудники «Республики» перенесли материалы во всемирную сеть, рассказала Комитету по защите журналистов Анастасия Новикова, редактор мульти-медийных проектов. «Примерно два года назад, — сообщила Новикова, — мы стали размещать в сети все больше и больше материалов, однако этом наш веб-сайт работал нормально всего пару месяцев». Сначала, вспоминала она, веб-сайт периодически блокировался из-за массированных распределенных атак типа «отказ в обслуживании» (DDoS). (Распределенная атака типа «отказ в обслуживании» (DDoS) не дает веб-сайту нормально функционировать, вызывая перегрузку его хост-сервера таким объемом внешних запросов, который он не способен обработать.)

Чтобы справиться с этим, «Республика» применила те же методы для выживания в сети, что и в печати: сотрудники создали целый ряд веб-адресов и стали поочередно размещать на них материалы; они завели страницы на сайтах социальных сетей, таких как Facebook и Twitter, а также предложили читателям брошюру-инструкцию «Обходим Интернет-цензуру». По словам Новиковой, многие читатели запутались в постоянно перемещающихся платформах, однако лучше «доносить наши материалы хотя бы до некоторых читателей, чем ни до кого».

Для большинства отечественных пользователей главный веб-сайт «Республики» был недоступен в течение значительной части 2010 года. Хотя благодаря альтернативным веб-адресам газета остается в сети, она ведет существование изгнанника, постоянно скрываясь от очередной затеваемой против нее кибер-кампании. Сотрудники «Республики» и другие журналисты считают, что главный сайт был заблокирован «Казахтелекомом» — крупнейшим в стране поставщиком интернет-услуг. «Казахтелеком», компания с контролирующим участием государства, публично не отвечал на это утверждение и не ответил на просьбу Комитета по защите журналистов прокомментировать его. Тем не менее эксперимент, проведенный читателями «Республики» весной, служит доказательством этого заявления. Евгения Плахина, корреспондент «Республики», рассказала Комитету по защите журналистов, что читателей попросили открыть веб-сайт «Республики» на своих персональных компьютерах. Буквально все читатели, которых обслуживает «Казахтелеком», сказали, что не могут загрузить сайт, в то время как читатели, пользующиеся услугами других провайдеров, смогли получить к нему доступ.

Правительство применяет ограничения в сети

По независимым оценкам, сеть Интернет в Казахстане охватывает 15 процентов населения. Эта цифра кажется скромной, однако она отражает существенный рост по сравнению с показателями пятилетней давности, когда охват составлял менее 3 процентов. Данный факт объясняет, почему власти осознали необходимость более активного регулирования киберпространства. Помимо цензуры содержания отечественных веб-сайтов новый закон об Интернете, отличающийся расплывчатостью формулировок, также разрешает блокировать зарубежные сайты, если установлено, что они нарушают казахское законодательство. (При этом власти не очень-то дожидались принятия закона, позволяющего блокировать материалы: по словам местных журналистов и сообщениям в прессе, правительство начало блокировать базирующийся в США российский сайт LiveJournal, где ведутся блоги, еще в октябре 2008 года.)

Для реализации закона 2009 года об Интернете власти Казахстана создали учреждение, названное Службой реагирования на компьютерные инциденты. 1 марта Куанышбек Есекеев, в то время возглавлявший Агентство по информатизации и связи (АИС — основной государственный орган, регулирующий связь), заявил, что данная служба начала проверку «деструктивных» веб-сайтов. Есекеев упомянул о создании «черных списков» таких сайтов, однако не уточнил, какие сайты включены в эти списки и как будет устанавливаться «деструктивный» характер сайта. Попытки местных прессозащитных организаций и Комитета по защите журналистов получить разъяснения от АИС (которое 12 марта стало Министерством связи и информации) остались без ответа.

Кроме того, закон 2009 года вводит для для Интернет-ресурсов те же ограничения, которые долгое время применялись в отношении традиционных СМИ, а эти законы аналитики описывают как одни из самых суровых в странах бывшего СССР. Указанные законы признают клевету уголовно наказуемым деянием, допускают конфискацию редакционных материалов, блокирование вещания, а также приостановку деятельности или закрытие органов СМИ.

Дарига Назарбаева – влиятельная фигура на казахстанском телевидении (Reuters/Шамиль Жуматов)

На первый взгляд, распространение государственных ограничений на Интернет может вызвать удивление. В конце концов, самый популярный источник новостей, охватывающий подавляющее большинство населения, — это телевидение, а отечественные вещательные компании освещают деятельность правительства почти исключительно с позитивной точки зрения. Законы, регулирующие собственность, не требуют прозрачности (вещательными компаниями номинально владеют непрозрачные юридические лица), однако время от времени проходит информации о том, что члены семьи Назарбаева владеют некоторыми телекомпаниями. Например, старшая дочь президента, Дарига Назарбаева, значится учредителем агентства «Хабар», крупнейшей телевещательной компании Казахстана (по данным официального веб-сайта Евразийского Медиа Форума — ежегодного собрания представителей СМИ, на котором председательствует Назарбаева). Международные станции мало что меняют, сказала председатель группы по защите свободы прессы «Адил Соз» Калеева, поскольку в Казахстане мало кто говорит по-английски или на других европейских языках. По закону иностранное происхождение могут иметь не более 20 процентов телевизионных программ. Эта квота легко заполняется российскими программами, которые редко освещают вопросы, имеющие непосредственное отношение к Казахстану.

Зачем же тогда преследовать мелкие печатные или Интернет-издания? Независимый журналист Сергей Дуванов, который в 2002 году был заключен в тюрьму в отместку за репортажи о коррупции в правительстве, сказал, что оппозиционные газеты и веб-сайты читает городская элита — слой населения, который он описывает как «занимающий активную гражданскую позицию». «Политический истеблишмент начинает свой день с чтения оппозиционной прессы, — говорит Дуванов. — Он хочет знать, о чем говорят эти СМИ. Их влияние нельзя отрицать».

Иски политического характера по обвинению в распространении порочащих сведений являются излюбленным карательным средством правительственных чиновников. Так, в апреле 2009 года прекратил свое существование еженедельник «Тасжарган», не сумевший возместить ущерб в размере 30 миллионов тенге (200 000 долларов США) члену законодательного органа Ромину Мадинову; иск был подан в связи со статьей 2008 года, где утверждалось, что работа этого законодателя в парламенте пошла на пользу его предпринимательской деятельности. Ермурат Бапи, руководитель «Тасжаргана», сообщил Комитету по защите журналистов, что, прежде чем опубликовать данный материал, еженедельник безуспешно пытался получить комментарий от этого законодателя. Зато Мадинов много чего сказал в своем иске; в частности, он заявил, что в результате публикации испытал «душевное страдание, дискомфорт, раздражение, подавленность, гнев и унижение перед своими избирателями и коллегами». Однако в суде Мадинов так и не представил опровержения приводившейся в статье информации или доказательств того, что ему действительно был нанесен ущерб, возмещения которого он требовал.

Группа «Адил Соз» установила, что только за 2009 год было подано 149 исков о распространении порочащих сведений, а общий размер требований о возмещении ущерба составил 2,6 миллиарда тенге (17 миллионов долларов США). По данным «Адил Соз», 69 истцов — примерно половина — были государственными чиновниками. Теперь, согласно закону, подписанному президентом Назарбаевым в декабре 2009 года, эти должностные лица обладают дополнительными правами на «неприкосновенность частной жизни». Данный закон запрещает любое «несанкционированное вмешательство в частную жизнь», не проводя четких различий между частной и общественной жизнью человека, между деятельностью государственного должностного лица и простого гражданина. Аналитики говорят, что этот закон, сформулированный в общих выражениях, позволит правительственным чиновникам подавать в уголовный суд жалобы о нарушении неприкосновенности частной жизни в отношении журналистов, освещающих официальные мероприятия.

Использование правоохранительных органов в качестве политического инструмента

Сами журналисты также становятся объектами нападений. В январе 2009 года власти арестовали Рамазана Есергепова, редактора ныне не существующей газеты «Алма-Ата инфо», забрав его прямо из больницы г. Алматы, где он лечился от гипертонии. За два месяца до этого Есергепов предал огласке два документа из материалов служебной переписки Комитета национальной безопасности, свидетельствующие о том, что данное учреждение оказывало неправомерное воздействие на прокурора и судью в уголовном деле об уклонении от уплаты налогов. КНБ, поставленный в неудобное положение в результате раскрытия данной информации, объявил эти документы «государственной тайной» и решил покарать редактора.

Фотография из семейного архива Рамазана и Раушан Езергеповых (КЗЖ/Нина Огнянова)

В результате закрытого судебного процесса, проводившегося с нарушением элементарных принципов справедливости, Есергепов был приговорен к трем годам тюремного заключения за «сбор сведений, составляющих государственную тайну». В ходе судебного преследования Есергепов остался без адвоката; кроме того, ему было отказано в доступе к собственному делу. Суд отклонил защитников, которых пригласил Есергепов, а назначенный судом адвокат защиты вообще не появлялся в суде. Жене Есергепова, Раушан, не разрешили присутствовать в суде. Есергепову пришлось подавать собственные апелляции, и все они были отклонены.

Розлана Таукина, президент алматинской группы защитников свободы прессы «Журналисты в беде», поддерживает постоянный контакт с семьей Есергепова. По ее словам, этот случай служит примером неравного положения журналистов при любой конфронтации с правительством. «КНБ одновременно выступал в качестве истца, следователя и прокурора по данному делу, — сказала Таукина. — Бесспорно, это с самого начала дало ему несправедливое преимущество».

В июне Комитету по защите журналистов разрешили посетить Есергепова в колонии г. Тараз, однако разрешение было сразу же отменено местным Kомитетом уголовно-исполнительной системы. Комитету по защите журналистов все же удалось задать редактору вопросы, передав их через Таукину, которой разрешили посетить тюрьму. «В последнее время, — сказал Есергепов, отвечая из своей тюремной камеры на один из вопросов, — в борьбе с диссидентами власти используют закрытые судебные разбирательства, где любые нарушения можно скрыть от общественности. Я прошел через все инстанции казахской судебной системы, включая Верховный суд. Все суды старательно игнорировали очевидные нарушения по моему делу… У меня мало надежды на скорое освобождение. Однако я очень надеюсь на то, что благодаря поддержке международных организаций вопрос о лишении политических заключенных в Казахстане права на справедливое судебное разбирательство войдет в повестку дня международного сообщества».

В июле Есергепов объявил голодовку в знак протеста против того, что он назвал бездействием стран — участниц ОБСЕ в отношении постоянных нарушений прав человека в Казахстане. В открытом письме на имя руководителей стран ОБСЕ журналист говорит: «Преследуя другие интересы, вы забыли о ключевой функции этой когда-то авторитетной организации и стали невольными соучастниками того, что сейчас творится в моей стране».

В Казахстане по-прежнему находится в заключении еще один критик правительства — известный правозащитник Евгений Жовтис. Жовтис, готовивший для международных учреждений аналитические доклады и комментарии по вопросам прав человека и свободы прессы в Казахстане, в сентябре 2009 года был признан виновным в убийстве по неосторожности в результате ДТП и приговорен к четырем годам лишения свободы, несмотря на смягчающие обстоятельства и публичные заявления семьи пострадавшего о том, что обвинение в непреднамеренном убийстве должно быть снято. Жовтис, который не обвинялся в вождении в нетрезвом состоянии, сообщил, что его ослепил свет фар приближающейся машины и он не увидел пешехода, двигавшегося перед ним по дороге. Жовтис немедленно сообщил о происшествии властям, встретился с родственниками жертвы и предложил им свою поддержку. Присутствовавшая на процессе Жовтиса правозащитница Таукина сообщила Комитету по защите журналистов, что у председательствовавшего судьи к моменту окончания суда приговор был уже написан. Как указывала защита Жовтиса в отклоненной апелляции, в официальный приговор, представленный позднее, были внесены изменения для устранения противоречий.

Усердно расправившись с Есергеповым и Жовтисом, власти Казахстана не сообщали о каких-либо успехах в расследовании убийства известного киргизского редактора Геннадия Павлюка, которое произошло в Алматы в декабре 2009 года. Связанного по рукам и ногам сорокалетнего Павлюка выбросили с верхнего этажа жилого дома. Редактор находился в Алматы в командировке, цель которой остается неясной. Ряд местных СМИ сообщал, что Павлюк планировал запустить новое интернет-издание и приехал в Алматы, чтобы встретиться с потенциальными партнерами. Спустя неделю после его гибели казахская полиция сообщила, что установила личности нескольких граждан Киргизии, подозреваемых в преступлении, но при этом не были названы их имена и не указывались ни их предполагаемые роли, ни мотивы убийства Павлюка. Дальнейшей информации по данному делу от следствия не поступало.

Саммит как средство пропаганды

Министр иностранных дел Казахстана Саудабаев (справа) и генеральный секретарь ОБСЕ Марк Перрэн де Бришамбо не включили в повестку дня саммита вопросов, относящихся к правам человека (Reuters/Шамиль Жуматов)

В своих публичных высказываниях Назарбаев ясно дал понять, что очень хочет принять у себя саммит ОБСЕ, который станет апогеем председательства Казахстана. Несмотря на вопросы, вызывающие озабоченность внутри страны и за рубежом, в том числе у Комитета по защите журналистов, в июле министры иностранных дел 56 стран — участниц ОБСЕ согласились провести саммит в Астане в конце года. 3 августа Совет министров ОБСЕ принял решение провести саммит 1-2 декабря. Объявляя о саммите, государственный секретарь и министр иностранных дел Казахстана Канат Саудабаев наметил повестку дня, в которую вошли контроль над вооружениями, предотвращение конфликтов, урегулирование длительных конфликтов и меры по противостоянию транснациональным угрозам. Вопросов, связанных с правами человека и свободой прессы, среди пунктов повестки дня не оказалось.

Независимые журналисты, правозащитники и оппозиционеры рассматривают саммит как инструмент пропаганды администрации Назарбаева, который станет дополнительным подкреплением политики правительства и затушует допущенные нарушения прав человека. 1 июня в Алматы состоялась встреча за круглым столом, организованная оппозиционной партией «Азат»; ее участники, в числе которых были журналисты, защитники свободы прессы и прав человека, приняли резолюцию, призывающую Казахстан придерживаться своих обязательств перед ОБСЕ. В ней, в частности, говорится: «Участие государств — членов ОБСЕ в саммите в Астане должно быть дополнено требованием к властям Казахстана о предоставлении конкретных гарантий проведения обещанных ими демократических реформ». Отдельные более резкие противники саммита — такие как журналист Андрей Свиридов, который работал вместе с находящимся теперь в заключении Жовтисом в Казахстанском международном бюро по правам человека и соблюдению законности, — настаивали на том, что этот саммит вообще нельзя допустить. Другие участники встречи, например независимый журналист Дуванов, говорили, что в повестку дня саммита должен быть включен как минимум вопрос о неисполнении Казахстаном своих обязательств в сфере прав человека и свободы прессы.

Как сказал Дуванов Комитету по защите журналистов, такое обсуждение могло бы сыграть важную роль в сдерживании антизападных и антидемократических настроений в Казахстане, нарастающих даже среди либерально настроенных граждан, которые считают, что международному сообществу нет дела до их мнения. «В данном случае опасность заключается в том, что Запад теряет свой моральный авторитет, — сказал Дуванов, — Концепция демократии западного толка утратила свою привлекательность». По словам Дуванова, если международное сообщество хочет вернуть себе расположение граждан Казахстана, оно должно восстановить свой моральный авторитет, обеспечив защиту их попранных прав.

Странам ОБСЕ также следует придерживаться своих собственных принципов. Казахстан вступил в ОБСЕ в январе 1992 года, добровольно приняв обязательства этой организации в области человеческого измерения, представляющие собой сборник документов, в которых устанавливаются обязанности стран-участниц. Не являясь юридически обязательными, эти документы тем не менее имеют большое политическое значение. ОБСЕ открыто описывает их как «нечто большее, чем простая декларация воли или добрых намерений: они представляют собой политическое обещание соблюдать эти стандарты».

Митинг протеста против закрытия в 2009 г. еженедельника Тасжарган (Республика)

Указанные обязательства включают в себя положения о свободе средств массовой информации, например, «гарантии того, что люди могут свободно выбирать, хранить, воспроизводить и распространять информационные материалы всех видов» (как указано в Венском документе 1989 года); «право придерживаться своего мнения, получать и распространять информацию и идеи без вмешательства со стороны государственных органов и независимо от государственных границ», а также «отсутствие ограничений на доступ к средствам для воспроизведения документов всех видов и на использование таких средств» (как указано в Копенгагенском документе 1990 года).

Одно из ключевых обязательств, отраженных в Московском документе 1991 года, заключается в том, что права человека и основные свободы рассматриваются не как внутреннее дело того или иного государства, а вопросы международного масштаба. Московский документ 1991 года гласит, что страны-участницы считают данные вопросы «основанием международного порядка» и обязуются «выполнять все свои обязательства в области человеческого измерения и решать… все связанные с этим вопросы, индивидуально и коллективно, на основе взаимного уважения и сотрудничества».

Казахстан не выполняет своих обязательств в отношении прав человека и свободы прессы не только как государство, занимающее пост председателя в ОБСЕ, но и как участник этой организации. У остальных стран – участниц ОБСЕ есть собственное обязательство: совместными усилиями добиваться соблюдения прав граждан Казахстана. В этом году, в котором пострадала репутация ОБСЕ как защитника прав человека, и сама организация, и ее председатель все еще могут сменить курс, открыто осудив репрессии в Казахстане на предстоящем саммите в Астане и осуществив очевидные и целенаправленные реформы.

Нина Огнянова является координатором европейской и центральноазиатской программы Комитета по защите журналистов.

РЕКОМЕНДАЦИИ

Правительству Казахстана

Руководству ОБСЕ

Руководству Европейского союза

Комитету ООН по правам человека

Подписав Факультативный протокол к Международному пакту о гражданских и политических правах, Казахстан признал, что Комитет ООН по правам человека уполномочен рассматривать обращения со стороны граждан Казахстана на предмет выявления фактов нарушения положений указанного пакта. Комитет ООН по правам человека должен безотлагательно рассматривать жалобы граждан Казахстана на нарушение свободы прессы и рекомендовать соответствующие меры по устранению этих нарушений. 

Руководству Соединенных Штатов Америки

Exit mobile version