Европа и Центральная Азия

Страны-устроительницы Олимпийских игр принимают на себя глобальные обязательства. Каковы последствия их возможного невыполнения? Кристин Джонс и Нина Огнянова

На фоне нераскрытого убийства сына Римма Максимова возбуждает эпохальный иск. Элизабет Уитчел

В руководимой авторитарным президентом Исламом Каримовым стране свобода прессы продолжала оставаться в состоянии глубокой заморозки. Власти по-прежнему приговаривают критически настроенных журналистов к длительным срокам лишения свободы. Мухаммад Бекжанов - один из двух журналистов мира, дольше всех находящихся в заключении, был приговорен к дополнительному тюремному сроку лишь за несколько дней до планового освобождения. Горстка работающих в стране независимых журналистов сталкивается с политизированным судебным преследованием, цензурой и другими формами репрессий. Власти допускали лишь минимальное присутствие западных СМИ. В феврале въезд в страну был запрещен журналисту BBC, которая первой написала о принудительной стерилизации узбекских женщин. Власти продолжали привлекать "экспертов" для подготовки против журналистов сфабрикованных уголовных дел по различным обвинениям - от клеветы на государство до экстремизма. Используя эту тактику, прокуратура возбудила уголовные дела против двух независимых репортеров в 2012 году. Применяемая государственными органами широкая практика цензуры привела к тому, что Узбекистан был включен в составленный КЗЖ список 10 стран с самой жестокой цензурой, который был обнародован в мае. На протяжении года власти активно расширяли действие цензуры: государственному агентству связи было предписано блокировать сайты, якобы "угрожающие информационному пространству страны"; министерство образования запретило студентам вузов посещать интернет кафе; кроме того, государственные органы провели обыски и захватили контроль над местным филиалом российской компании связи МТС, в результате чего до 10 миллионов жителей Узбекистана потеряли доступ к мобильному интернету и телефонной связи. В июле на государственном телеканале вышел документальный фильм, в котором деятельность онлайн-активистов была названа оружием хуже бомб.

Расследование Левесона, начатое в 2011 году после выявления случаев прослушивания телефонных разговоров и других нарушений этических норм, допущенных представителями прессы, было завершено большим докладом, в котором предлагалось создать независимый контролирующий орган, деятельность которого должна регулироваться на законодательном уровне. Критики, включая Комитет по защите журналистов, предупреждали, что введение законодательного регулирования является посягательством на свободу прессы. Премьер-министр Дэвид Камерон, напротив, настаивал на том, что отрасль должна усилить саморегулирование. Кое-какой прогресс был достигнут на пути к реформированию законодательства о клевете, которое весьма невыгодно для журналистов, так как допускает «клеветнический туризм» -- практику подачи исков, основанных на фактах минимального распространения информации на территории Великобритании, даже когда истцы и ответчики находятся за пределами страны. Законопроект о клевете, представленный в мае, может ограничить долгие и дорогостоящие судебные разбирательства, а также упростить и ускорить процедуру отказа в необоснованных исках. Защитники свободы прессы заявили, что эта реформа станет важным шагом вперед, но призвали законодателей усилить защиту общественных интересов и защитить интернет-провайдеров. По состоянию на конец года законопроект находился на рассмотрении в Палате лордов. В июне Министерство внутренних дел предложило меры по усилению государственного надзора за обменом всей информацией в интернете. Это предложение вызвало резкую критику -- противники назвали его «хартией ищейки», и Наблюдательный комитет Парламента отклонил его как чрезмерное. Правительство предпринимало попытки оказать содействие Швеции в экстрадиции Джулиана Ассанжа для допроса по делу о предполагаемом изнасиловании, что заставило основателя WikiLeaks укрыться в посольстве Эквадора в Лондоне. В 2012 году в Белфасте один журналист стал объектом угроз, а произошедшее 11 лет назад убийство ирландского корреспондента Мартина О'Хагана осталось нераскрытым.

Пока Украина готовилась принять на себя в 2013 году председательство в Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе, руководители страны подрывали одну из основных ценностей этой организации: свободу прессы. По сообщениям киевского Института массовой информации (ИМИ), цензура, отказы в предоставлении общественно-значимой информации, физические нападения на журналистов и политизированные иски против средств массовой информации очернили свободу прессы. Самым дерзким ударом по свободной прессе стало голосование в парламенте в поддержку введения уголовной ответственности за клевету. Через несколько недель, однако, законодатели вынуждены были отозвать законопроект перед лицом общенациональных протестов и резкой международной реакции. Протестами также было встречено начатое властями налоговое расследование деятельности оппозиционного телеканала TВi. Начиная с июля налоговая полиция и прокуратура провели обыски в редакции телеканала и заморозили его банковские счета. В конечном итоге прокуратура сняла обвинение против владельца TВi Николая Княжицкого, однако наложила штраф на телеканал. Безнаказанность продолжала господствовать в непрекращающихся нападениях на журналистов, в том числе и в деле об убийстве в 2000 году Георгия Гонгадзе - первого в мире интернет-журналиста, убитого из-за его профессиональной деятельности. Хотя суд над бывшим генералом Министерства внутренних дел по обвинению в исполнении зверского убийства Гонгадзе начался в июле 2011 года, в конце 2012 года процесс все еще не был завершен. Данное уголовное дело пестрело массой процессуальных ошибок, допущенных государственными органами. В июне апелляционный суд постановил, что прокуроры не вправе привлечь к ответу бывшего президента Леонида Кучму, которого уже давно обвиняют в заказе этого убийства.

Турция, где по состоянию на 1 декабря в заключении за свою работу находилось 49 журналистов, стала худшим мировым тюремщиком прессы. Курдские журналисты, обвиненные в поддержке терроризма за освещение деятельности запрещенной Курдской рабочей партии, составляли большинство заключенных журналистов. Обвинения предъявлены им на основании нечетко сформулированного закона о борьбе с терроризмом, который позволяет властям приравнять освещение деятельности запрещенных групп к собственно терроризму. Опубликованный в октябре специальный доклад КЗЖ указывает на крайне репрессивные аспекты уголовного кодекса и закона о борьбе с терроризмом, на уголовно-процессуальный кодекс, действующий к выгоде государства, а также на жесткий тон в отношении прессы, заданный на высших уровнях государственного аппарата. Под действием сильнейшего государственного давления собственники СМИ вынуждены были увольнять критически настроенных журналистов, а в масштабах всей профессии глубоко укоренилась самоцензура. Премьер-министр Реджеп Тайип Эрдоган, подавший за последние годы несколько исков о клевете, публично шельмовал множество критически настроенных журналистов. В 2012 году КЗЖ выполнил три поездки в Турцию с целью установления фактов и отстаивания прав журналистов. При этом были проведены встречи с журналистами, адвокатами, дипломатами, а также министром юстиции Турции Садуллой Эргином. КЗЖ призвал Эргина в индивидуальном порядке пересмотреть дела всех задержанных журналистов.

Авторитарный президент Эмомали Рахмон высоко отметил журналистскую миссию на церемонии, посвященной столетию таджикской прессы, однако его выступление было противоречиво: Рахмон призвал средства массовой информации не публиковать материалы, которые могли бы повредить международному имиджу Таджикистана, вызвать пессимизм среди населения или подорвать общественный порядок. Таков разрыв между риторикой и реальностью. Рахмон подписал закон об отмене уголовного наказания за клевету; при этом законодательством по-прежнему предусмотрено лишение свободы на срок до пяти лет за материалы, якобы оскорбляющие президента. Власти заблокировали доступ к ряду независимых информационных сайтов на период до трех месяцев, когда эти СМИ поставили под вопрос официальную версию гибели одного из генералов службы безопасности и выступили с утверждением, что Рахмон усилил надзор за местными религиозными группами. Как сообщает расположенная в Душанбе Национальная ассоциация независимых средств массовой информации в Таджикистане, среди заблокированных СМИ оказались как местные, так и международные, включая популярные Asia Plus, Ferghana News, "Ленту" и BBC. Власти также объявили o создании укомплектованного добровольцами компьютерного подразделения, которое будет выявлять якобы экстремистское содержание и оскорбительные для президента материалы. Ссылаясь на предоставленные подразделением данные, глава Агентства связи назвал социальную сеть Facebook "рассадником клеветы" и приказал заблокировать к ней доступ внутри страны.

Начало третьего президентского срока Владимира Путина было отмечено преследованием гражданского общества и критических мнений. Путин подписал законы, которые подавляют инакомыслие, накладывая ограничения на публичные собрания, устанавливая уголовную ответственность за клевету и санкционируя государственную цензуру критикующих власти интернет-сайтов. Когда законодатели приняли законопроект, требующие от получающих зарубежные гранты неправительственных организаций регистрироваться в качестве "иностранных агентов", а администрация закрыла представительство Агентства международного развития США и Детского фонда ООН (ЮНИСЕФ), резко повеяло "холодной войной". В порядке иллюстрации к нарастающей атмосфере нетерпимости, суд осудил участниц панк-группы по обвинениям в "хулиганстве" и приговорил их к лишению свободы в связи с анти-путинским выступлением в московской церкви. Беспощадные расправы над представителями прессы не прекращались: используя огнестрельное оружие, преступники в северокавказском городе Нальчик убили телеведущего государственной телерадиокомпании ВГТРК. Власти мало продвинулись по существу с наказанием виновных в прошлых убийствах журналистов. Бывший подполковник полиции был приговорён к 11-ти летнему тюремному сроку по обвинению в оказании содействия в организации убийства в 2006 году Анны Политковской. Родные и коллеги журналистки были обеспокоены тем, что подозреваемый заключил сделку со следствием о проведении процесса в закрытом режиме. Главный следователь страны угрожал редактору одной из ведущих газет в ответ на критический комментарий.

Президент Алмазбек Атамбаев и его министры заявили о приверженности свободе прессы и верховенству закона, в то время как государственные органы регулярно подвергали независимых журналистов запугиваниям. Кыргызстан противился звучащим внутри страны и за рубежом призывам освободить Азимжона Аскарова - этнического узбека, который занимался журналистскими расследованиями и вел правозащитную деятельность. Ныне он отбывает пожизненный срок по сфабрикованным обвинениям, включая убийство сотрудника милиции в ходе этнического конфликта, а также разжигание национальной ненависти. В опубликованном в июне специальном докладе КЗЖ установил, что власти региона избрали Аскарова своей мишенью, пытали его и бросили в тюрьму в отместку за освещение им в июне 2010 года конфликта между проживающими на юге страны узбеками и киргизами, а также за его длительную деятельность по подробному освещению злоупотреблений, допущенных сотрудниками милиции региона. Конфликт 2010 года по-прежнему омрачал положение свободы прессы в Кыргызстане. В феврале власти заблокировали внутри страны доступ к независимому региональному информационному сайту Ferghana News в связи с освещением редакцией этнического конфликта. По сообщениям местных групп, отстаивающих свободу печати, вынужденные закрыться после конфликта узбекскоязычные СМИ начали вновь возвращаться на рынок, но в гораздо меньшем количестве. Как и в прошлые годы, независимым журналистам и средствам массовой информации приходилось бороться с политизированными обвинениями и выдвинутыми в отместку судебными исками. Никто так и не был наказан за убийство в 2007 году видного редактора Алишера Саипова и за нападение на его брата - журналиста Шохруха Саипова в 2011 году.